Эра Забвения. Часть 1

account_circle ВР
visibility
Более полувека прошло с момента ликвидации Новой Эры – миниатюрного лесного посёлка, находившегося примерно в 40 км к юго-востоку от Выксы.

Эра Забвения. Часть 2

Список выксунских деревень, кордонов и узкоколейных станционных разъездов, бесследно исчезнувших за последнюю сотню лет, включает в себя десятки пунктов. Принято считать, что распад Советского Союза был наиболее весомой причиной ликвидации многих районных поселений. Так-то оно так: экономическая нестабильность, отдалённость от цивилизации, безработица и ряд других негативных факторов, безусловно, очень сильно повлияли в 1990-х годах на уклад сельской жизни. Однако при более детальном изучении местной летописи можно сделать удивительный вывод: оказывается, приличное количество деревень и посёлков обезлюдели ещё в 1960-1980-х годах, то есть как раз в эпоху существования СССР. В числе этих распавшихся советских пунктов значится крохотное поселение Чупалейского сельсовета под названием Новая Эра, о котором и пойдёт речь в сегодняшней публикации.

Вне всяких сомнений, нынешнему поколению выксунцев топоним «Новая Эра» ровным счётом ничего не скажет. Возможно, несколько старожилов в нашем округе ещё помнят этот лесной посёлочек, но вряд ли смогут рассказать какие-либо подробности. Во Всемирной паутине, где, казалось бы, есть ответы на любые вопросы, вы не найдёте ни словечка о Новой Эре.

Поиск сведений о Новой Эре в городском архиве увенчался лишь частичным успехом, найдено несколько документов, относящихся к заключительному периоду существования посёлка. Гораздо больше информации было получено во время бесед с тремя бывшими местными жителями. Увы, трое опрошенных – это предел на сегодняшний день, поскольку большинство обитателей Новой Эры уже умерли, а местонахождение ещё нескольких человек осталось невыясненным.


на-6.jpg

Основные объекты инфраструктуры в посёлке Новая Эра в начале-середине 1960-х годов:

1 – дом Рожновых, 
2 – дом Карпуниных,
3 – дом Приуполиных,
4 – дом Витюихи (ФИО данной жительницы не удалось установить, жители запомнили только её прозвище и тот факт, что она трудилась в местной артели),
5 – хозяйственная постройка,
6 – дом лесничего, 
7 – пятистенный дом братьев Зуевых (7а – И.И. Зуев, 7б – А.И. Зуев), 

8 – дом Чикуновых,
9 – дом Воробьёвых,
10 – дом-землянка Водянки (ФИО этой отшельницы-знахарки тоже 
не удалось установить, в посёлке её запомнили исключительно по прозвищу)


Новое – хорошо забытое старое

 Для начала следует уточнить, к какому виду населённых пунктов принадлежит Новая Эра, поскольку при определении статуса данного поселения возникла настоящая путаница. В архивах Чупалейского сельсовета за 1959, 1960-1962 годы Новая Эра значится как деревня, однако в двух документах 1964 года из той же серии Новая Эра именуется посёлком. У 61-летнего Владимира Анатольевича Зуева в паспортной графе «место рождения» указано «село Новая Эра», а в паспорте 62-летней Любови Ивановны Колобневой (в девичестве Карпуниной) – «посёлок Новая Эра». Чудеса, да и только! 

К великому сожалению, у нас в стране нет внятного определения на законодательном уровне, согласно которому российским населённым пунктам можно присваивать соответствующий статус. Категория поселения устанавливается, как правило, в зависимости от численности жителей, особенностей застройки и пр. Понятное дело, село от деревни отличается, как правило, наличием церкви и бо́льшего количества улиц, а если в посёлке проживает не менее 85% жителей, занятых вне сферы сельского хозяйства, то такой пункт может с полным правом быть посёлком городского типа. При этом рабочим посёлком может считаться только такой пункт, в котором проживает не менее 3 тысяч человек. Ну и как тут быть?

Новая Эра однозначно не являлась селом – там не то что церкви, а даже маленькой часовенки никогда не было (см. схему). В документе Владимира Зуева паспортистка допустила грубую ошибку, однако причина этой опечатки понятна. Дело в том, что Владимир Анатольевич в юном возрасте переехал из Выксунского района в Тюменскую область. Там же, достигнув совершеннолетия, он получил паспорт, а в 45-летнем возрасте произвёл замену упомянутого документа. Разумеется, тюменские паспортистки о Новой Эре сроду не слышали, а при выдаче (замене) паспорта попросту не сверялись с первоисточником.

Также очевидно, что Новую Эру нельзя считать деревней. Ведь деревня – это относительно малочисленное крестьянское поселение, где именно занятие сельским хозяйством является для местных жителей главным источником существования. А в Новой Эре практически все местные трудоспособные мужчины и женщины работали в Димарском лесопункте (или в поселковой артели), то есть числились в статусе рабочих.

Очень любопытная формулировка встретилась в «Википедии»: «Чаще всего посёлками именуют небольшие населённые пункты, которые имели историческое название хутор, уголок, рыболовецкий и дачный посёлки и тому подобное. Такие посёлки по обыкновению административно принадлежат к сельскому совету, расположенному в большем селе».

А вот это определение уже близко к нашей теме, поскольку, по одной из версий, в Новой Эре до войны проживали ремесленники, которые изготавливали горшки, кувшины и прочую посуду из глины.

– Мой дед-фронтовик жил в соседней Верхней Велетьме, он мог бы многое рассказать о Новой Эре. Но я в юности не интересовался своей историей, а дедушка умер ещё в 1978 году, теперь и не узнаешь всей правды, – разводит руками бывший житель посёлка 63-летний Юрий Анатольевич Зуев. – Но однажды дед мне поведал про отшельников, которые жили в том месте, где позднее наш посёлок находился. У них даже своё отдельное кладбище было. Поселение было похоже на лесной кордон – стояло тут три домика, не больше. Богатые люди там якобы жили. Что они, с простолюдинами, что ли, будут соседствовать? Вот и выбрали себе место поспокойнее в лесу…

По словам Юрия Анатольевича, в конце 1910-х годов на территории будущего посёлка было налажено гончарное производство. Местные умельцы изготавливали различные миски, горшки и кринки на продажу. Однако в послевоенный период кустари сменили своё ремесло.

– Я ещё пацанёнком был, но хорошо запомнил домик артельщиков в центре посёлка, – говорит Юрий Зуев. – Придёшь к ним в избушку, а там артельщики рогожу ткут или мочалки плетут. И ещё песни поют, чтоб не скучно было. Помню, на лавках всегда лежали большие стальные расчёски. Рогожа – это такая грубая ткань, её из лыка изготавливали. Все изделия там вручную производили. А потом эти мочалки и мешки грузили и отвозили на продажу в Москву.

Весьма экзотическую версию происхождения Новой Эры поведала Любовь Колобнева:

– Мне рассказывали, что в послевоенное время здесь, в лесу, хотели наладить производство вина «Новая Эра». Вроде бы уже всё согласовали, но в последний момент что-то сорвалось. А уж когда приезжие семьи здесь стали заселяться, то название вина «перешло по наследству» к посёлку.

Вряд ли эта гипотеза имеет право на жизнь. Виноград – главный продукт при производстве вина – в наших климатических условиях растёт плохо, а везти тонны плодов к чёрту на кулички экономически невыгодно. Дорог как таковых нет, до города – десятки километров. Сплошные затраты. Версия с виноделием выглядит скорее красивой легендой, хотя кто знает…

13.jpg

Иной раз пути людских судеб настолько извилисты и сложны, что только диву даёшься. Вот лишнее тому подтверждение: нашим читателям данный снимок покажется обычным выксунским пейзажем и не более того. А вот для нескольких человек, родившихся здесь в 1950-х годах, эти природные просторы – естественная  и любимая обстановка из детства. Воспоминания о шумящем сосновом боре, потайных тропинках и журчащем роднике бывшие жители Новой Эры пронесли с собой через всю жизнь…

Всякая молодость резвости полна

Чтобы детально описать привычный быт отдалённого лесного пункта в начале 1960-х годов, автор этих строк попросил бывших жителей Новой Эры составить схему расположения объектов в посёлке и заодно поделиться воспоминаниями из детства. В итоге получились незатейливые, но очень симпатичные зарисовки из советской эпохи.

Юрий Зуев:

– Ближе всех к Новой Эре находилась деревня Верхняя Велетьма – всего-то километр через лес. Там конная дорога была, но зимой её заносило снегом, приходилось протаптывать. Знаете, я в первом классе мечтал о планшете – кожаной командирской сумке. Мне казалось, что это очень круто. А портфель… Нет, портфель – это не то…

Мой отец в шесть утра уходил на работу, а уроки у меня в велетьминской школе начинались в восемь часов. Мать шапку-ушанку мне завяжет, накутает, даст валенки – и вперёд! Дед в Велетьме встретит, а у меня – варежки колом и сопли до подбородка: «Так-растак, ты чего тут ходишь?! У нас надо было оставаться ночевать!».

Любовь Колобнева:

– Напротив родительского дома рос большой дуб, а позади него находилась наша баня. И мы девчушками летом из дома в баню прямо голышом бегали. Ну а что такого – нам было-то по шесть-семь лет, да и кто там в посёлке видит? А ещё помню, в Новой Эре была купальня – небольшой прудик для детворы, мы к нему через питомник проходили. Это в детстве всё кажется таким большим и далёким, а когда я подросла и в наш нежилой посёлок ходила, всё таким маленьким показалось. Так вот, мы в детстве этот прудик называли «наше Чёрное море». В купальне был мостик, с него ребятишки очень любили нырять. Кстати, от соседней Димары до Новой Эры – пять километров, но к нам димарские ребята постоянно приходили летом купаться…


11.jpg

Любовь Ивановна Колобнева (62 года): «Я родилась в Новой Эре в 1957 году, этот посёлок для меня самый что ни на есть родной. Мой отец, Иван Тимофеевич, много лет работал лесником в Димарском лесопункте, а мать, Екатерина Васильевна, трудилась там же в бухгалтерии. Маму, кстати, мы в семье звали Екатериной Великой, она у нас была ого-го! Всё хозяйство на ней держалось, а это – две коровы, семь овец, два поросёнка, 30 кур и ещё – больше 20 пчелиных семей. И везде мама успевала – и за скотиной убрать, и обед приготовить, и нас, детей, накормить. Первый класс я проучилась в велетьминской школе, но в 1965 году отец перевёз наш дом в Димару, там я и окончила восьмилетку. Затем – ещё два класса в городской школе №12. Потом все мои знакомые поступили в техникумы-институты, а я вышла замуж, родила двух сыновей и осталась в Выксе. Работала в ДРО оцинковщицей, это очень вредная профессия. В советское время мы даже бумаги какие-то о неразглашении подписывали, а сейчас – свобода, все эти БТРы на выставках демонстрируют… А статья о Новой Эре когда выйдет? Зимой? Ой, меня в это время в Выксе не будет, я который год на всю зиму уезжаю к младшему сыну в Испанию. Он у меня профессиональный спортсмен, велосипедист, у него трое детей. Вот смотрите: сын живёт в Испании, а всё равно интересуется своими корнями, расспрашивает меня: «Мам, а ты где родилась? Что это за место?» Ну что тут скажешь – быстро Новая Эра исчезла. Помню, я подростком приходила в наш заброшенный посёлок, а там уже кругом был глухой лес, как будто и не жили никогда…» 


Владимир Зуев:

– Одежду я за братом поднашивал, естественно. Во всех деревенских семьях так было: пальтишко или сапоги по наследству от старших детей к младшим переходили. Помню, по всем окрестностям на лошадях ездили сборщики макулатуры и тряпья, меняли на одежду. И в Эру они тоже приезжали. У них и свистульки были, и шарики надувные для детворы… 

В нашей избе одно время жил ёжик. И ещё у нас был настоящий сибирский кот. Очень умный. Бывало, отец на работу собирается, а кот уже рядом. Проводит папу до Димары, вернётся, потом ещё и с работы отца встретит. Кот запрыгивал на плечо, так отец с ним к дому и шёл…

Любовь Колобнева:

– Наша семья в Эре сажала просо, а потом мы собранный урожай дружно молотили – получали пшено. Ой, как раздольно нам было в посёлке! Отец с матерью постоянно пропадали на работе, нас никто не контролировал. То в лес сбегаем и по стаканчику земляники наберём, то на колхозное поле проберёмся и гороху наворуем. А ещё у нас в хозяйстве пчелиные ульи были. Однажды рой развоевался, начал жалить гусей, те скорее засеменили к речке. Некоторые наши гуси после этого не выжили…

Юрий Зуев:

– Мы с соседскими девочками не играли: у них там всякие куколки-кастрюльки, а нас – лапта, «война» и землянка. Мы с братом как два бирюка ходили: наиграемся в лапту или чижика, пойдём в землянку к бабушке Водянке. Никто не знал её настоящего имени, в посёлке эту старушку так прозывали. Она была отшельницей и знахаркой. Скотину не держала, а в землянке у неё стояла дровяная печка и везде пучки разных трав висели. Народ к ней лечиться ходил, взрослые ей доверяли. Умела она рассказывать всякие небылицы детям, а мы сидели и слушали, открыв рот…

А ещё с братом в Велетьму часто ходили. Дед с бабкой нас накормят, и мы обратно в Эру топаем. Или в лес пойдём – к узко-колейке. В те годы везде лесовозные линии пролегали, рядом с Эрой тоже проходила «железка». Был случай: железнодорожники поставили в лесу платформы под погрузку кругляка, а мы с братом вытащили из-под колёс башмак. Вагоны покатились. А у речки был подъём, эти платформы, значит, до горки доезжают и обратно возвращаются. Мы на них забрались, и давай туда-сюда кататься!

Мы с братом всегда ждали, когда отец с работы из леса вечером придёт. Он всегда приносил что-нибудь вкусненькое. И корочке хлеба были рады, всё равно, главное – презент. Когда я подрос, то, конечно, понял, что отец просто оставлял от своего обеда несколько кусочков, а тогда, в детстве, мы стояли на мостике и слушали – не едет ли мотовоз с рабочими? Ага, пыхтит, издалека слышно. Отец подойдёт, даст нам по кусочку сала: «Это вам лиса передала»…


10.jpg


Одна из немногих сохранившихся фотокарточек, на которой запечатлены жители Новой Эры в момент своего проживания в посёлке, а не после переезда. 
На снимке: Екатерина Карпунина с дочерьми Надей (слева) и Верой около своего дома (фото относится к периоду 1959-1960 гг.)


Одно нынче лучше двух завтра

Посёлок находился в лесу на возвышенной площадке, поэтому проблем с подтоплением в период весенних и осенних дождей у местных жителей отродясь не было. Порядок размещения жилых объектов в Новой Эре мало чем отличался от расположения домов в иных малочисленных выксунских пунктах. Неширокая грунтовая дорога рассекала посёлок напополам: на одной стороне находились крепкие деревянные избы с огородами, на другой – прудик, питомник саженцев и бани.

– У нашей семьи своей бани в Эре не было, – вспоминает Юрий Зуев. – Мы ходили мыться к деду в Верхнюю Велетьму. Далековато, а куда денешься. Кстати, у деда баня топилась по-чёрному, сейчас таких в округе, наверно, не осталось уже…

Палисадники перед домами в посёлке не возводили – лавочка да завалинка, вот и вся роскошь. Правда, у некоторых семей огороды по периметру были обнесены пряслами, но это ограждение было вынужденной мерой от набегов вездесущих овец или наглых коров.

Любопытно отметить, что за всю историю существования Новой Эры здесь никогда не проводили свадебных торжеств. И дело не в постоянной занятости местных обитателей или строгих канонах вероисповедания (хотя одна многодетная поселковая семья действительно была очень религиозной). Этому странному, на первый взгляд, факту есть простое и логичное объяснение: взрослые жители переезжали в посёлок уже со штампом в паспортах, а все местные детишки были сплошь 1950-1960-х годов рождения, и потому в силу возраста не могли вступать в брак.

Также в Новой Эре не было зафиксировано пожаров, вспышек эпидемий, массовых драк, убийств, краж и прочих происшествий. Здесь в середине прошлого столетия существовала иная проблема: в посёлке катастрофически не хватало сенокосных угодий. В советскую эпоху практически каждая сельская семья держала на подворье корову (и зачастую не одну), овец или коз, и потому заготовка сена в летние месяцы превращалась для наших загородных жителей в головную боль.

– Раньше по всей округе колхозные поля были, но только попробуй это добро зацепить – посодють! – усмехается Юрий Зуев. – Найдёшь какой-нибудь околочек, выкосишь, потом на телеге детей привезёшь – раз-раз! – и копёшка готова. Крутились в сенокос как могли….

03.jpg

Зима 1965 года. На снимке запечатлены учащиеся 1-го и 3-го классов велетьминской школы вместе со своей учительницей (стоит в третьем ряду в центре). Среди всех присутствующих девочек сёстры Карпунины из посёлка Новая Эра (Вера – крайняя слева, Люба – шестая слева в первом в ряду) выглядят настоящими модницами: они обуты в белоснежные самодельные валеночки

Дмитрий Макаров. Фото автора и из личного архива Любови Колобневой

blog comments powered by Disqus