Расцвет деревни – в прошлом

Один из вариантов происхождения названия «Норковка» связывают с тем, что основавшие её переселенцы из Дмитриевых гор изначально жили в землянках.

Кстати, переселение из Дмитриевых гор (Меленковский район Владимирской области) шло не только в 20-30-е, когда образовывалась Норковка, но и позднее – после войны. Гнал людей на новые места голод. Дело в том, что земля Дмитриевых гор не была плодородной, только начавший в довоенное время поправлять свои дела местный колхоз в 1946-1947 годах переживал тяжёлые времена из-за неурожаев. И семьи, родственники которых уже жили в Выксунском районе, перебирались к ним. 

Расцвет деревни – в прошломКстати, Дмитриевы горы в своё время также принадлежали заводчику Баташёву, и население в счёт оброка жгло древесный уголь, нужный для выплавки металла – его возили на завод в Выксу (по крайне мере, об этом говорится в работах, посвящённых истории Дмитриевых гор – rоdina-portal.ru). Стоит отметить, что в Меленковский уезд, в который входили Дмитриевы горы, тогда были включены Досчатое и Шиморское (ныне нашего округа). 

Какой была Норковка в период своего расцвета, сейчас вряд ли кто вспомнит, но крупным поселением она не являлась никогда. Это видно и сегодня: одна улица, по обеим сторонам которой дома. Есть старые, есть заброшенные, а есть и пара современных коттеджей: вымирать деревня не собирается. В одном из крайних домов знакомимся с Ольгой, которая хоть и не хочет фотографироваться, но то, что знает о Норковке, рассказывает охотно:

– Сюда в начале века с Дмитриевых гор, там бедно было, приехал мой прапрадед Фёдор. Сначала они поехали в Солнце, а потом решили жить здесь. Этот дом – мамин. Сейчас сюда приезжаем как дачники, да в основном все так: от родных дома остались, следим за ними, огородом занимаемся.

Вспоминает Ольга и о том, что раньше в деревне жизнь была гораздо насыщенней:

– На краю деревни стояла школа, моя мама там преподавала. Четыре класса, а дети постарше ходили учиться в Сноведь, пешком: ни дороги, ни автобусов не было. Расстояние – четыре километра, но не жаловались. Школа для деревни – культурный центр. Ребятами бегали в неё смотреть диафильмы. Взрослели – начинали ходить в клуб, смотреть кино. Здание клуба находилось на другом конце деревни, потом оно сгорело, и на его месте построили жилой дом. 

Кино смотрели всей деревней, а когда начали появляться телевизоры (у нас был «Рекорд-6») стали ходить на просмотры по домам. Вот как показывают в некоторых кинолентах – 15 человек на стульях вокруг одного «телеящика», так и смотрели всё подряд.

Расцвет деревни – в прошломДля справки: «Рекорд-6» начали выпускать в 1964 году. Едва ли сразу он дошёл до деревень и простых потребителей, но – что могли смотреть по ним телезрители? С 1960 года страна у экранов собиралась смотреть «Клуб путешественников»: телевизор взял на себя роль настоящего окна в мир для практически невыездных советских граждан. В 1964 году вышел первый выпуск «Спокойной ночи, малыши!». В 1966-м свои двери открыл знаменитый «Кабачок «13 стульев». Ну а первый сериал центральный канал показал только в 1988 году («Рабыня Изаура»).

Как же, наверное, было интересно смотреть по «Рекордам» даже выпуски новостей, ведь и нас первые сотовые телефоны бесконечно удивляли и радовали уже просто тем, что звонили. Неудивительно, что у экранов редких телевизоров собиралась вся деревня. Но и до появления телевидения отдых был дружный: пообщаться, помочь друг другу не по колхозному, а по личному хозяйству, поговорить, спеть; девчонкам прогуляться по единственной центральной улице – покрасоваться перед ребятами.

– Детей после войны здесь было, народу… Весело, шумно, работали все вместе в колхозе. Днём работаешь, а вечером за грибами, ягодами. Бывало, что и утром, сбегаешь. Старики стряпали, с детьми сидели, а молодёжь в лес ходила, – рассказывает жительница Норковки Нина Андреевна Маругова (тётя Ольги). – Наша семья переехала сюда в 49-м, на том конце улицы усадьбу родители разрабатывали ещё до войны, но потом она началась и… Отец с фронта не вернулся, и мама с нами в итоге приехала в Норковку к своим сёстрам. Посёлок хороший, самый лучший посёлок здесь. Жили хорошо, весело, дружно.

На вопрос «держите ли хозяйство» Нина Андреевна отмахивается: «какое уж тут хозяйство», но потом добавляет, что есть у неё овцы, куры, утки. Видимо, что городскому – целый двор зверья, настоящему сельскому жителю – так, для души (ведь и овец не отара, и тёлки нет). Ещё перед домом Маруговой в конуре живёт собака. Опасливая, но громкая.

– А как без собаки-то, – смеётся хозяйка. – Чужие будут мимо проходить, она голос подаст, обратишь внимание.

То, что чужие ходят нечасто, не отменяет того, что деревенские жители сегодня бдительны не менее городских (не единожды работающие в других дворах интересуются у нас, откуда приехали, а главное – зачем). Правда, помнят они и другие времена, подоверительней.

Расцвет деревни – в прошлом– Раньше как: женщина из дома пойдёт, чибыш вместо замка воткнёт. Сейчас всё на замки закрывают, а тогда не от кого было, – рассказывает Владимир Андреевич Манахов. Говоря про чибыш, он показывает на дрова, подразумевая, видимо, щепку. Владимир Андреевич сам из Семилова, жил и в Выксе, но сейчас квартиру оставил детям. В Норковке – вместе с женой. Дети в деревню приезжают часто, особенно сейчас: позади усадьбы строится баня. 

– Не баня, а палата, как я её называю, – делится мужчина. – Приедут и всё по науке на компьютере высчитывают, что и как нужно строить, вымеряют до миллиметра.

Дом Владимиру Андреевичу остался после тёщи.

Одно из объяснений, почему в деревне всегда раньше жили доверительно и открыто ещё и в том, что все были свои. Не только потому, что работали и детей растили вместе, а из одной семьи. Обратите внимание, что на разных концах улицы живут племянница и тётя, а комментарий у другого их родственника мы брали у усадьбы, стоящей посреди деревни. И когда Ольга провожала нас до Нины Андреевны, то назвала с пяток фамилий людей, живших здесь. «Переезжали ведь семьями, ехать в поисках лучшей доли старались к родственникам. Да и в городе так было», – сказала она. 

И действительно, сколько похожих фамилий встречаем, – может, и родственники, пусть даже через пятое колено? Только кто теперь при знакомстве спрашивает: «Чей будешь?», чаще интересуемся – «Где работаешь?». 

Расцвет деревни – в прошломВернёмся к Норковке. Автобусы сюда ходят, но у многих, кто приезжает сюда как на дачу, есть машины. Магазин, покосившийся, деревянный, большую часть недели закрыт, но в среду и субботу товар здесь появляется. В остальное время: дети привезут, что попросишь, можно соседей попросить привезти необходимые продукты. Нина Андреевна в Выксе вообще год назад была, гостила у родных. В городе ей не нравится, а здесь она и за ягодами сходит (грибов нынче не было), и бруснику потом замочит, и солений наделает из овощей с грядок. Единственное – капусту сейчас в бочки под гнёт не кладёт: тяжело в погреб ходить, теперь только по банкам.

Ксения Абдулхакова. Фото Дмитрия Макарова

 

blog comments powered by Disqus