Сонная лещина

visibility
Фоторепортаж из Ореховки – ещё одной деревни нашего округа с интересной историей происхождения и стандартным советским прошлым

Первые упоминания об Ореховке относятся к 1921 году, когда в новом поселении появилось уже достаточное количество домов и оно стало полноправно считаться деревней.

Основателями этого населённого пункта принято называть жителей соседнего села Новодмитриевка, которые из-за малоземелья были вынуждены осваивать новые близлежащие местности.

Кстати говоря, примерно в это же время (10-20-е годы прошлого века) новодмитриевцы разрабатывали земли в районах нынешних деревень: Покровки, Пустошки и Малиновки. Старожилы из Пустошки во время интервью рассказывали нам, как их предки в этом удалённом месте рыли сначала временные землянки, обрабатывали землю и потом всем миром помогали строить друг другу дома.

В итоге получается, что из-за нехватки земли в одном селе мы видим теперь на карте нашего округа как минимум четыре самостоятельных населённых пункта (Ореховка, Пустошка, Покровка и Малиновка), которые основали бывшие новодмитриевские жители.

Вернёмся к моменту зарождения Ореховки. Работа на местах освоения была очень тяжёлой: прежде чем построить дом и заняться огородничеством, нужно было очистить девственную ореховскую землю от остатков леса, выкорчевать пни и хорошенько её удобрить. И этот адский труд – изо дня в день, пока не будет расчищена вся площадка! Местные крестьяне на своих наделах выращивали картофель, лён, коноплю, однако урожаи в деревне были не самые большие. Это и немудрено: наивно ожидать баснословного сбора овощей и злаковых на почве, где ещё вчера росли сплошной стеной кустарники и многочисленные деревья.

Кстати, о кустарниках. На месте будущей деревни было действительно много зарослей орешника. Именно от лещины и пошло название деревни – Ореховка. Ну да, с присвоением топонимов деревням и водоёмам наши предки редко «заморачивались», но в том и суть – так легче запомнить и объяснить происхождение названия.

При подборе материала для статьи меня, честно говоря, надолго сбила с толку выписка, взятая из городской библиотеки «Отчий край», которая, казалось бы, в момент перечеркнула вышеупомянутую версию о создании Ореховки новодмитриевцами. Привожу:

«В списках населённых мест Ардатовского уезда Нижегородской губернии от 1859 года сведения о населённом пункте Ореховка ещё отсутствуют. Деревня возникла в результате переселения крестьян Владимирской губернии и Ардатовского уезда Нижегородской губернии (причём в выписке было ошибочно указано «Нижегородского уезда» – прим. авт.) на новые земли, расчищенные от леса в начале XX века».

Кажется, что это объяснение про владимирских переселенцев – абсолютно противоречащее и идущее вразрез с первой версией. Однако оба варианта о возникновении Ореховки, как ни странно, правильные и, по сути дела, представляют собой одно и то же. Всё дело в том, что на рубеже XIX-ХХ веков в Выксунском округе было действительно много приезжих бедняков, подавшихся в наши края в поисках лучшей жизни. Ту же Новодмитриевку фактически основали переселенцы с Владимирщины, а если точнее – приезжие из села Дмитриевы Горы. Вот так наше новое село и получило название от владимирского – Новая Дмитриевка (Новодмитриевка). А позже, как уже было сказано выше, из-за малоземелья новодмитриевцы основали ещё одну новую деревню, о которой, собственно, сегодня и речь – Ореховку.

Согласно алфавитному списку населённых пунктов Нижегородской губернии 1925 года (составлен по результатам обследования волостей в августе-октябре 1924 года) в Ореховке проживало 189 человек.

В 1931 году в деревне был образован колхоз. Если быть до конца точным, как такового коллективного хозяйства с отдельным сельсоветом в Ореховке никогда не было, центральное управление колхоза находилось в Новодмитриевке. Ореховские земли для сельхозугодий были эдаким новодмитриевским колхозным филиалом.

Упомянув о создании колхозов, нужно дополнить, для решения конкретно каких задач задумывалась коллективизация в те далёкие годы. А именно – выполнение как минимум четырёх важных целей: осуществление соцпреобразований в деревнях, снабжение быстро растущих индустриальных городов, высвобождение рабочих рук из деревни для строек первых пятилеток и, наконец, увеличение с помощью колхозного производства продажи зерна на экспорт. Вроде на бумаге всё красиво и правильно, а на деле… Все мы знаем, как недоверчиво крестьяне всей страны отнеслись к этой затее Кремля. Да что там – во многих регионах хлеборобы открыто выражали недовольство, кое-где всеобщее возмущение перерастало в стихийные бунты! Ну не хотел русский мужик продавать своё зерно на невыгодных для себя условиях, хоть тресни! А если ещё вспомнить, что мелкие и технически слабо оснащённые крестьянские хозяйства были не в состоянии обеспечить растущее городское население и армию продуктами, развивающуюся промышленность – сырьём, стоит ли удивляться, что в Ореховке в том самом 1931 году в местный колхоз «Имени 14-й годовщины Октября» добровольно вступили… всего четыре семьи?! Щербаковы, Кадяевы, Куликовы и Кулёвы – вот и все работники. Негусто, прямо скажем.

Однако большевистский кнут уже грозно свистел в воздухе: отказ от вступления в колхоз вскоре стали трактовать как преступление, а имущество тех, кто осмеливался сопротивляться коллективизации, подлежало конфискации. Под угрозой закрытия местных рынков и церквей крестьян в буквальном смысле слова заставляли вступать в коллективные хозяйства. Немудрено, что в следующие несколько лет абсолютно все жители Ореховки вступили в «14-ю годовщину…», деваться от властей крестьянам попросту было уже некуда.

Никакой речи о механизации в первые годы создания местного колхоза и речи не было, практически все работы проводились вручную, лишь пахали и сеяли на лошадях и быках. Только в 1936 году (то есть через пять лет после образования «14-й годовщины Октября»!) появился первый трактор, и архив сохранил нам фамилии первых ореховских трактористов – это Алексей Иванович Щербаков, Василий Иванович Кадяев (как видим, оба – из тех семей, что первыми вступили в ореховский колхоз) и Логин Логинович Изосимов.

Примерно в это же время – в начале-середине 30-х годов прошлого века – происходила ликвидация неграмотности среди местного населения в правлении колхоза, а после завершения строительства ореховской школы ликбез проходил уже в учебных классах. Для ликпунктов предусматривалось первоочередное снабжение письменными принадлежностями и различными учебными пособиями. Так, например, чтобы обучить взрослого учащегося, во многих регионах страны был даже введён сокращённый рабочий день с сохранением заработной платы. Это сейчас кажется чем-то фантастическим, но в те годы в СССР только в учтённых школах ликбеза занимались свыше 20 млн неграмотных и около 20 млн малограмотных! Колоссальные цифры!

…В годы Великой Отечественной войны несколько десятков ореховских мужчин были призваны на фронт. Оставшиеся жители в тылу помогали армии, как могли: сушили картофель, вязали тёплые вещи, шили кисеты и отсылали на передовую. Вся страна в те суровые годы была как никогда единой и мощной, но и цена нашей общей Победы оказалась безумно высокой. Практически не было тогда в Советском Союзе семей, которых напрямую или косвенно не коснулась бы война. Ореховка – не исключение: 25 местных жителей погибло на полях сражений. Два с половиной десятка враз выбывших дееспособных мужчин в одной небольшой деревушке – это чрезвычайно много. Вероятно, каждый из них мечтал всю жизнь быть вместе с семьёй, радоваться простому деревенскому быту и дожить до глубокой старости, чтоб нянчить внуков-правнуков. Война распорядилась иначе. Наша святая обязанность как потомков – чтить память и ещё раз поклониться тем воинам, которые ценой своей жизни даровали то самое ценное, что сейчас есть у нас – мир и свободу.

В послевоенные годы жизнь в Ореховке постепенно приходила в норму. Ну да, в деревне тогда «не шиковали», но отмена карточной системы на продовольственные товары в 1947 году уже позволяла смотреть с надеждой в будущее. Местные деревенские жители по-прежнему выращивали домашнюю скотину и птицу, трудились на своих огородах и колхозных участках, женились, строили новые дома и заводили детей. А подрастающую детвору положено было учить грамоте, и архив сохранил нам фамилии двух местных учителей, которые преподавали в местной школе-четырёхлетке: Василий Михайлович Миронов (в середине 50-х годов прошлого века) и его дочь Маргарита Васильевна Миронова (переняла отцовскую эстафету и преподавала вплоть до 1972 года).

В советские времена каких-либо зданий инфраструктуры в Ореховке, кроме местного клуба, не было. Почту доставляли в Новодмитриевку, там же находился фельдшерский пункт. До Выксы местные жители добирались, как правило, по узкоколейке – тогда это был самый массовый доступный транспорт. Ближайшая железнодорожная станция находилась в посёлке Боевом, что в трёх километрах от Ореховки.

В 1970 году в Ореховке насчитывалось свыше 50 домо-владений, в которых проживало не более 100 жителей.

Самое печальное событие в местной летописи – страшный пожар 1975 года, после которого, по сути дела, деревня прекратила своё существование. Мощные лесные и торфяные пожары 1972 года в тогдашней Горьковской области обошли Ореховку стороной, но спустя три года, когда беды никто не ждал, «красный петух» накинулся на мирную маленькую деревушку и буквально за пару часов уничтожил 16 домов.

В те советские годы в наших деревнях мало кто страховал свои жилища от различных несчастных случаев. Вот и вышло, что, лишившись вмиг всего имущества, не имея больших средств и, следовательно, желания начинать всё с нуля среди груды головешек, погорельцы после случившегося ЧП не стали восстанавливать свои дома в Ореховке, а массово переезжали. В последующие полтора десятилетия недостаточный социальный уровень в деревне повлёк за собой отток оставшихся жителей. В начале 90-х годов прошлого века в Ореховке началась распродажа местных деревенских земель под дачные участки. По сути дела, это и спасло деревню, дав ей второй шанс на возрождение.

Что представляет собой Ореховка сейчас? Вообразите населённый пункт в форме буквы «Г», где по краям центральной асфальтированной дороги в несколько сотен метров стоят с обеих сторон дома и бани. Часть жилищ – недавно построенные с нуля, часть – отремонтированные, есть некрашеные избы в среднем или плохоньком состоянии. В конце деревни поворот (если ехать со стороны Новодмитриевки) в переулок Запрудный. Вот там – как на подбор – несколько отличных загородных домов с высокими заборами. Владелец одной из таких дач, 53-летний Андрей Конышев, рассказал корреспонденту «ВР» о нынешней жизни в Ореховке:

– Мой покойный отец в своё время поставил тут дачу, он любил здесь отдыхать после трудовых будней. Мы с ним, помню, посадили в нашем саду 22 яблони и несколько груш, но все они вскоре погибли из-за близости грунтовых вод. Я уже 13 лет приезжаю сюда как дачник. Постоянно здесь жить не имею возможности: в городе у меня больная мама, вот и приходится набегами приезжать и снова уезжать. Но места здесь действительно хорошие – удалённость от города, шума нет, воздух чистый. В лесу летом и осенью – навалом ягод и грибов. А ещё можно приятно провести время, посидев с удочкой на берегу нашего маленького пруда. Сейчас он замёрз, деревья голые, и вид совсем не тот, а летом здесь очень красиво. Пруд чистый, подпитывается грунтовыми водами. Щучки водятся, карпы, плотва. Нам, местным, не жалко, если кто-то из города приезжает сюда порыбачить, лишь бы не мусорили. Все следим за порядком, хочется, чтобы оставалось всё так же, как и раньше – красиво и чисто. Помню, в конце 90-х в Ореховке хотели поставить пилораму, но мы, жители, выступили против и отстояли здешнюю территорию…

– А что надо, чтобы жизнь тут ожила? Есть ли вообще перспектива развития у наших деревень?

– Сейчас газоснабжение – основной фактор. Проведут газ – совсем другая жизнь будет в селе. Всё-таки XXI век, как ни крути… А так – одно мучение, дров не напасёшься!

…После съёмки замёрзшего ореховского пруда выезжаем из переулка на главную асфальтированную дорогу, по которой раньше курсировал автобус Выкса – Семилово, и у одного из поблёкших домов замечаю местного жителя, откидывающего снег. Невысокого роста и весьма шустрый для своих пенсионных лет, в безразмерной шапке, из-под которой торчат уши. Зовут его Алексей Купцов, и все 64 года с самого рождения он прожил здесь, в Ореховке. В городе, по словам пенсионера, делать нечего, а тут он держит кур и собаку, летом возится на своём огородике. Коммунальные платежи оплачивает сестра в городе, а потом привозит Купцову платёжки. По субботам приезжает социальная машина с хлебом, иногда привозит необходимые в быту вещи, которые заранее можно заказать водителю. Пенсионер в беседе сетует, что сейчас действительно мало в Ореховке народу – не сезон, все уехали, а вот летом, когда дачники приезжают на свои участки, с людьми становится веселей. Вот так и живёт сейчас единственный коренной житель Ореховки.

На выезде из деревни нам повстречалась молодая девушка, которая приехала сюда в отцовский дом. Екатерина Щербакова, узнав о цели нашего приезда в Ореховку, утвердительно кивает – мол, знаю, читала вашу рубрику, и приглашает сделать несколько кадров в доме. После съёмки спрашиваю её, представителя молодого поколения, что она думает о перспективе развития местных деревень. Екатерина несколько секунд медлит с ответом, а потом выдаёт: «Вряд ли… Рождаемость мизерная, а если дети в деревнях и живут, то потом наверняка все переедут в город. В итоге зачастую остаются на местах одни старики. И кто же будет тогда деревню поднимать?! Инфраструктура нужна, добровольно народ в неустроенное место не поедет…»

Ореховка в это холодное время года без дачников и впрямь пустая. Не случайно заголовок в статье – напоминание о временах столетней давности, когда в здешних местах были густые заросли орешника, и игра слов связана с нынешним сонным состоянием этой деревни и названием известного американского триллера («Сонная лощина»).

За всё время нашего пребывания в Ореховке удалось увидеть трёх человек, из них двое – не постоянные жители, сезонные. Мало, конечно. Последний раз такой бедный «фотоулов» мы наблюдали в Мяре (отчёт о тогдашней поездке вышел в «ВР» в мае 2014-го). Кстати говоря, между этими двумя деревнями есть печальное сходство – в разные годы они одинаково сильно пострадали от пожара и, лишившись жителей, могли совсем исчезнуть с карты нашего района…

 

Дмитрий Макаров. Фото автора.
При написании материала использован сайт: http://histrf.ru/ru/lenta-vremeni/event/view/kolliektivizatsiia

 

blog comments powered by Disqus