В жизни нельзя быть просто дневальным!

visibility
Считает главный тренер Выксунской школы самбо и дзюдо, заслуженный тренер России, судья международной категории Виктор Егрушов

В школьные годы у Вити Егрушова была кличка Деревянный, потому что «непотопляемым» был. Упрямство и напористость часто приводили к стычкам с местной шпаной. Тогда родители думали: а выйдет ли толк из этого хулигана?

Кто знает, как сложилась бы судьба семиклассника, если бы однажды он не увидел, как во Дворце Лепсе занимались борьбой. Хотя Виктор и перенял стойкость от матери, трудолюбие от отца, всё же именно самбо сформировало тот самый внутренний стержень в характере. Сегодня Виктора Егрушова знает, пожалуй, любой выксунец. Его регалии можно перечислять бесконечно. Бесспорно одно – это действительно личность.

Какой он, этот неутомимый человек? Какими принципами руководствуется в жизни, кого считает другом и как относится к критике в свой адрес – на такие вопросы ответил «без пяти минут» юбиляр.

– Виктор Иванович, Вы коренной выксунец?

– Да. Я появился на свет в Выксе, в семье фронтовика Ивана Петровича Егрушова. Нас было пятеро детей, я последний. Когда я родился, матери было 44 года, отцу – 47. Мама вела хозяйство, и я рос на руках сестры Лиды. Она старше меня на 14 лет. Помню, посадит меня на плечи – и на танцы!

– Что за история произошла с отцом на фронте?

– Он воевал под Сталинградом, был пушкарём, командиром орудия. Однажды сбил самолёт. Сначала, не разобравшись, подумали, что свой, советский, подстрелил. Уже и к расстрелу готовился, простился с семьёй… Но потом поняли, что вражеский. За это его наградили орденом Красной Звезды.

– А каким помните себя в детстве?

– В правой руке булка, в левой – мяч! (Смеётся). На улице через два дома жил Вовка Лошманов. Он устраивал бои между местными ребятами. Иной раз задания всевозможные придумывал: например, кто первый за пазуху стручки с акации наберёт, тот идёт к нему домой смотреть «Чапаева» по фильмоскопу. Я почти всегда был в числе первых, потому что упрямый: вот на земле черту проведи – я и под неё поднырну.

– Родители сильно наказывали?

– Мать порола. Помню, приходила с прутом прямо на футбольное поле. Я только слышал за спиной: «Витёк, за тобой!», и пускался наутёк. А отец всегда пытался через сознание «достучаться». На меня это очень давило – я же честолюбивый был. Потом долго думал над собственным поведением.

– А как Вас приучали к труду?

– Отец делом всегда занимался от души, ну и я его примеру последовал – трудолюбие перенял. И уже в начальных классах дрова колол, как Челентано – проворно и умело. У отца ни выходных, ни проходных не было, да и у нас тоже. А мне ведь в футбол поиграть хотелось! Но отец был непреклонен – пока все дела не сделаешь, на улицу ни шагу. И вот я чуть ли не каждый день на лодке с Верхнего пруда до курбатовской речки плавал за иглицами и брёвнами. Потом бежал к друзьям. Играли в свару и футбол.

Позже, когда у меня родился сын, я и его на собственном примере растил, и недаром он стал мастером спорта по самбо и дзюдо. А сейчас вот уже и внучка Кристина подрастает… (Улыбается).

– Как проходили школьные годы?

– Ходил в школу №10. Учился неплохо, но не понимал, для чего это нужно. Выручала память – всё схватывал на лету. Наша учительница Вера Ивановна Лизунова очень красивая была. Каждое 1 сентября мы вместе с одноклассниками бегали её встречать перед школой. А я же настырный – лоб расшибу, но буду первым. Помню, так торопился, что с разбегу прямо в неё врезался с букетом. Уже тогда понял, что дневальным по жизни не буду!

– А что потом?

– «Шпанил» до седьмого класса. А однажды оказался у одного из окон ДК Лепсе – там, в зале, проводилось первенство города по классической борьбе. Смотрю на спортсменов – красавцы, настоящие мужики. И уже себя среди них вижу. Думаю – я таким же стать должен! Записался. Не пропускал ни одной тренировки, был ответственным, дисциплинированным. Часто оставался за старшего.

В 1969-м с другом Николаем Киселёвым поступил в ПТУ-2 на специальность «Помощник машиниста», окончил училище с красным аттестатом. А в армию пошёл уже с тренерским опытом, попал в Карелию в пограничные войска.

– Именно в армии впервые столкнулись с самбо?

– Да. Домой вернулся уже победителем первенства Северо-Западного пограничного округа и первенства пограничных войск СССР. Признаться, по возвращении всё-таки «зацепила» звёздность. Ну как же: спортсмен, весом 82 кг, молодой, крепкий, да ещё и пограничник! Вот весь из себя в солдатских брюках и спортивной олимпийке ходил на танцы в Лепсе. Устроился в железнодорожный цех ВМЗ. Женился на сестре друга Галине, родился сын Максим. Окончил с отличием техникум в Ленинграде, потом, там же, и институт.

– А как в это время обстояло дело со спортом?

– В 1976 году начал серьёзно заниматься вольной борьбой. Успел стать чемпионом области среди мужчин, а уже в 1977-м набрал группу и вёл секцию в одном из залов Выксунского металлургического техникума. Через год в Выксу приехал мастер спорта СССР по самбо и дзюдо Николай Мингулов, вместе с которым и начали развивать самбо.

– Тяжело было начинать?

– Да. Сами копали землю под строительство спортивного зала на стадионе «Металлург». Начались занятия. На них приходили более четырёхсот человек. Бывало, в спартанских условиях тренировались: вот, например, зимой 1979 года на улице был мороз под сорок. Отопления на стадионе не было – помещение промёрзло, на ковёр падали как на лёд. Ставили лампы-«киловаттки», так и тренировались.

– Вы успешный человек?

– Думаю, да. Когда-то давно настроившись на определённый результат, сейчас понимаю, что процентов на 90 всё удалось.

– Что для Вас значит слово «друг»?

– Это тот, кто не подводит в трудной ситуации.

– Я знаю единственного человека, который зимой в тридцатиградусный мороз ездит на велосипеде – это Вы. Экономите на бензине или протестуете против плохой погоды?

– (Смеётся). Лично для меня не имеет значения погода за окном. Главное, чтобы я чувствовал себя комфортно.

– А как проводите свободное время?

– Активно! Купаюсь в проруби, парюсь в бане.

– В Вашей жизни есть место зависти?

– Я считаю, что должна существовать только «белая» зависть. Она подстёгивает, стимулирует к новым достижениям.

– А вредные привычки есть?

– (Улыбается). Ногти грызу. А других, пожалуй, нет.

– Вы любите людей?

– А как без этого в моей профессии?! У меня сразу на детей параллель проходит: если не любить их, то тренером высокой квалификации никогда не станешь, ведь профессионализм вытекает и из личных отношений.

– Вы по гороскопу Рак, так и живёте – пятясь назад?

– Всё как раз наоборот: всегда стремлюсь вперёд. Сбой какой-то со звёздами произошёл!

– Ваши отрицательные черты характера?

– Настойчивость. Думаю, кому-то не нравится мой, иногда слишком сильный, напор. За него хочется у людей попросить прощенья. Хотя без напора порой никуда.

– Вот говорят, что самое традиционное «русское единоборство» – это борьба с ленью.

– Доля правды в этом выражении есть. Многим лень мешает при достижении определённой цели. Да и мне приходилось через неё переступать. Лень нужно уметь искоренять и в спорте, и в жизни.

– А правда, что спорить с тренером по борьбе может только тренер по стрельбе?

– (Смеётся). Многие шутят, что спорить с Иванычем бесполезно. Но я всегда стараюсь привести логические доводы и аргументировать свою точку зрения.

– В спорте главное не сама победа, а то, над кем она одержана?

– Да. Победы бывают разные. Вы-играть у самых «китов» – вот это дорогого стоит.

– Вы часто болеете?

– Не имею права. Да и на больничном-то, по сути, ни разу не был. А как иначе – график, дети.

– Если бы Вы попали на приём к президенту, что бы у него спросили?

– Почему самбо не олимпийский вид спорта?!

– Как Вы воспринимаете критику в свой адрес?

– Абсолютно нормально. Не люблю людей, которые опускают голову и со всем соглашаются. Не нравится что-то – скажи!

– Правда, что если есть сила, то ума не надо?

– Если есть ум, но нет мышц – это нормально. Если есть мышцы, но нет ума – это терпимо. А если есть и ум, и мышцы, то это уже личность!

– Я слышала, что Вам нравится творчество Высоцкого…

– Да. Высоцкий артист с большой буквы. До сих пор поражаюсь: он о войне писал, как будто сам воевал. Многие его песни наизусть знаю и пою. Помнишь: «Здесь можно свернуть, обрыв обогнуть, но мы выбираем трудный путь, опасный, как военная тропа».

Вот так и я живу… (Улыбается).

 

Ольга Попова. Фото автора