1941-1945

visibility
Нет в России семьи такой, где б не памятен был свой герой Погляди на моих бойцов, целый свет помнит их в лицо Хоть им нет двадцати пяти,трудный путь им пришлось пройти Те, кто приняли смертный бой…

Нет, наверное, на просторах бывшего СССР семьи, которой не коснулась бы Великая Отечественная война. Сколько мужчин и женщин ушли на фронт из городов и деревень, хуторов и аулов?

Война была народной, и в списках её участников – многомиллионное население всех советских республик.

В рамках рубрики «Мой дед воевал» выксунец Глеб Рубашкин поделился воспоминаниями сразу о трёх своих родственниках – участниках Великой Отечественной войны: двух дедушках, Василии Васильевиче Свинятникове и Павле Андреевиче Рубашкине, и прадедушке, Семёне Ивановиче Карпове.

 

1941-1945Маршал СССР Георгий Жуков спустя годы скажет: «Когда меня спрашивают, что больше всего запомнилось из минувшей войны, я всегда отвечаю: битва за Москву...» Запомнится она многим людям. И тем, кто находился тогда в столице, и тем, кто был далеко, но знал, что враг подобрался к самому сердцу Родины, и особенно – защищавшим город. Первое ранение Василий Васильевич Свинятников получил именно под Москвой в декабре 1941 года: в период, когда оборонительные действия советских войск начали перерастать в наступательные. Второй раз он был ранен в 1942-м под Старой Руссой – в боях за её освобождение. Ещё два серьёзных ранения (после последнего его комиссуют) случились под Харьковом: 1943 год ознаменуется уже третьей битвой за этот крупный, ныне украинский, город.

– В военном билете пять записей о ранениях, и только по ним можно отследить, в каких боях участвовал дедушка. О войне мы с ним поговорить не успели. Когда он умер, в 1984 году, мне было всего четыре года, – рассказывает Глеб Рубашкин. – Дед был призван в 1941-м. Начав рядовым, дослужился до заместителя командира батальона по политической части. Воевал до 1944 года. Награждён медалью «За победу над Германией», орденом Отечественной войны II степени.

Дедушка родился в селе Лихунино Рязанской области, но большую часть жизни провёл в Выксе. После войны работал контролёром ОТК в чугуно-литейном цехе завода ДРО. Заядлый рыбак. Тех внуков, что повзрослей, часто брал с собой рыбачить. Лодка была своя, а жили мы рядом с Верхним прудом. Дед вообще любил проводить время с нами, младшим поколением. И у меня о нём – только самые светлые воспоминания. Он был очень добрым, открытым человеком, война его нисколько не ожесточила.

 

1941-1945– Здесь в военной форме мой дедушка по отцовской линии, Павел Андреевич, – комментирует снимок Глеб Рубашкин. – В армию, на срочную службу, его призвали ещё в 1939 году. Служил на Дальнем Востоке. Запомнились его рассказы о том, какие холодные в той полосе были зимы. Чтобы не замёрзнуть, бойцам приходилось выходить в дозор в двух тулупах или надевать тулуп поверх шубы. В 1941-м началась война, и он вместо демобилизации отправился на передовую. В каких боях участвовал, сказать не могу, но в переписанных бабушкой данных из его военного билета указано московское направление. Воевал дед восемь месяцев: с августа 41-го по апрель 42-го – самое «горячее» время. Службу продолжить не смог из-за ранения. Когда наши войска попали в окружение, ему прострелило обе руки (он, чтобы прикрыть шрамы на руке, носил часы). Держать оружие, понятно, уже не мог, выжил чудом. Его, посадив на свою машину, вывез танкист. Воспоминания о войне Павлу Андреевичу давались очень тяжело: каждый раз в глазах этого мужественного человека стояли слёзы. О чём-то и я сейчас говорить не хочу – например, что было с другими бойцами, прорывавшимися тогда из окружения, как погиб его командир.

Дедушка очень любил праздник 9 Мая. Надевал парадную одежду, ордена и обязательно ходил на возложение цветов на Северное кладбище, встречался с другими ветеранами. Он многих знал, его знали и уважали многие.

Дед был мастером на все руки. До войны трудился кузнецом в Верхней Верее (из этого села уходил на фронт). После возвращения домой и до самой пенсии работал сварщиком, сначала в ДРО, потом в структуре ЖКХ. Он и после выхода на заслуженный отдых посвятил этой профессии много лет: был одним из лучших специалистов. Кстати, не только из металла мог изготовить любое изделие, но и из дерева. В Выксе, на Самстрое, сам возводил дом: решил сюда переехать из Верхней Вереи, когда для строительства в этом районе давали лес.
Павел Андреевич оставил в моей жизни очень большой след. Жалею, что не обо всём (в силу моего возраста) мы успели с ним поговорить. Дедушки не стало в 2005 году.

 

1941-1945Своего прадедушку Глеб Владимирович никогда не видел. Семён Иванович Карпов погиб в 1942-м – в том же году, в котором был направлен на фронт.

– Когда началась война, прадеду было уже за 40. В первую волну демобилизации он не попал – валил лес, работа тяжёлая, мужская, соответственно, была «бронь». А в 1942 году он сам попросил перевести его на более лёгкую работу непосредственно в селе (жил тоже в Верхней Верее): знал, что за этим последует повестка. Сначала его направили на учёбу во Владимирскую область. Моей бабушке, его дочери, сейчас уже 90 лет, но она очень хорошо помнит, как ездила к нему туда. Бабушка о своём отце вспоминает часто, с теплотой. Она его очень любила.

Погиб прадед во время боёв под Ростовом-на-Дону 21 декабря 1942 года, там же, в Ростовской области, он и похоронен.

Принятое им решение отказаться от «брони» – наверное, это и есть настоящая гражданская сознательность, честность. Но для семьи, конечно, невосполнимая утрата: жена осталась без мужа, пятеро детей – без отца.

 

Ксения Абдулхакова. Фото из семейного архива семьи Рубашкиных

 

blog comments powered by Disqus