Снайпер: война через прицел

visibility
В рот ни капли не брать! Людей пропьём. Из х/ф «Батальоны просят огня»– Когда папа смотрел этот фильм, плакал, –

В рот ни капли не брать! Людей пропьём. Из х/ф «Батальоны просят огня»

Снайпер: война через прицел– Когда папа смотрел этот фильм, плакал, – рассказывает Владимир Амплеев. – Мне уже потом мама рассказала, что от его батальона в одном из сражений только семь человек в живых осталось. Отца перед боем, как самого молодого, восемнадцати ещё не было, отослали с донесением. Какое донесение? Командир просто пожалел его. Он никогда фронтовые 100 грамм не пил, может, поэтому в живых и остался. До сорока лет спиртного вообще избегал.

Николай Владимирович Амплеев родился в 1925 году в селе Иванищи Владимирской области. В семье было пятеро детей: три брата и две сестры. В Выксу переехал уже после войны, демобилизовавшись в 1950-м. В 1958 году окончил Выксунский металлургический техникум. Работал в ДЗМО в снабжении, был начальником лакокрасочного цеха, директором на производстве, где трудились инвалиды по зрению.

Когда началась война, Николаю Амплееву было всего 16 лет. На фронт ушёл в 1943-м за несколько месяцев до 18-летия (прибавил их себе). Воевал снайпером. Рассказывать о службе не любил; лишь иногда, когда сын сам чем-то интересовался, отвечал.

– Я его как-то спросил, а делал ли он насечки по количеству убитых, как в фильмах показывают, – вспоминает Владимир Амплеев. – Интересно стало, сколько у него таких насечек было. А он ответил, что приклада бы не хватило. Говорит, насечки только «охотники» делали, то есть те снайперы, которые ликвидировали снайперов врага. А они – траншейные, чуть ли не за километр начинали стрелять. Выбивали пулемётные гнёзда и офицеров «убирали».

Не раз отец вспоминал о погибшем друге, с которым вместе призывался. Вместе они и попали под миномётный обстрел – ужасная смерть. Каково видеть, как от человека, с которым шли бок о бок, ничего целого после взрыва не осталось – хоронить нечего? Папа и сам получил осколочное ранение. 17 марта 1944 года, когда он во время боя выносил на себе раненого офицера, рядом с ним разор-вался снаряд.

Снайпер: война через прицел

Конечно, я, мальчишка, спрашивал, насколько страшно было воевать. Отец говорил, что страшно было в самом начале – по незнанию, с непривычки, и в самом конце, когда понимаешь, что война заканчивается, и умирать не хочется. А так, говорил он, сказали – идти в атаку, идёшь в атаку: выбора нет.

Войну он начинал в Ленинграде, а заканчивал в Кёнигсберге. «Берлин уже пал, а мы в Кёнигсберг всё войти не могли – сопротивление было жёсткое, – рассказывал отец. – Вот там умирать и не хотелось, когда уже заговорили о Победе, там было очень страшно».

Снайпер: война через прицелПосле окончания Великой Отечественной он ещё пять лет прослужил на Дальнем Востоке: «В стране разруха, есть нечего, а у нас офицеры бочками икру отправляли домой. Рыбы было много. Мы её ловить ходили с автоматами: с одной стороны медведь ловит, с другой стороны – мы. Медвежатину тоже иногда ели».

Папа вообще был заядлым охотником и рыбаком. У нас дома рыба бочками солилась. Особенно уважал чехонь, но и щуку на блесну ловил, пока здоровье позволяло. Он был крепким и по силе (у него рука – две моих), и по духу. Мужик сказал, мужик сделал – по такому принципу жил. Дожил до 70 лет. Внучку видел, а внука… чуть-чуть не успел. У нас в семье так складывается, что мужики мужиков не дожидаются. Прадед вот меня тоже не нянчил, несколько месяцев не дожил.

Николай Владимирович Амплеев награждён медалями: «За боевые заслуги», «За победу над Германией», «30 лет Советской Армии и флота», орденом Великой Отечественной войны I степени.

Ксения Абдулхакова. Фото из семейного архива Амплеевых

 

blog comments powered by Disqus