Соловки стали школой жизни для Владимира Порхачёва

account_circle ВР
visibility
Он оказался в первом наборе юнг Северного флота.

Учиться морскому делу

К началу войны Володя успел окончить 8 классов школы на Бору, куда переехал вместе с матерью из Выксы. Вернувшись в 1942 году в родной город, подружился с ребятами из детдома, от которых и узнал о наборе в школу юнг. (Некоторым преимуществом при поступлении пользовались дети военных и воспитанники детских домов. – Прим. автора). 

– Я единственный сын у своей мамы Евдокии Ивановны, поэтому она была против моего решения идти в юнги, – поделился воспоминаниями Владимир Алексеевич. – Но тут своё веское слово сказал дядя, и мама отступила. А в посланной к моему 18-летию открытке написала: «Где горе слышится, где тяжко дышится, там первым будь!». Вот такая у меня была мама!

Из Выксы в Архангельск прибыли 20 юношей. В их числе был и Саша Чаулин. Немцы постоянно бомбили город, и мальчишки были вынуждены разгребать завалы. Работать им приходилось день и ночь с небольшими перерывами. Выполняли ребята и хозяйственные работы.

– Всё это надоело моим друзьям-детдомовцам. Они возмутились и были отчислены из школы. Отправились на фронт. В 1944 году один из них стал Героем Советского Союза.


На печально знаменитых островах

По прибытии на Соловки юнг отправили в Савватьево (монастырский скит, находящийся в 14 км от кремля). 

Здесь ребят встретили полуразрушенное здание церкви, каменный корпус и бывшая деревянная гостиница, ранее предназначавшаяся для богомольцев. Эти строения отвели под учебные корпуса. Юнг поселили в палатках, и они сразу же стали строить землянки. Мальчишкам пришлось копать землю, корчевать пни, ворочать валуны и таскать на своих хрупких плечах брёвна. К октябрю 1942-го строительные работы были завершены, и первый набор юнг приступил к учёбе. Занятия проходили в бывших монашеских кельях, переделанных в классы, и даже в землянках.

В 1977 году Владимир Алексеевич ездил на Соловки. Прошёлся по местам, где были выкопаны землянки. Все они давно осыпались и заросли травой.

– В палатках помещалось по 18 человек. Летом было душно, а уже осенью мы, одетые кое-как, ужасно мёрзли. Повернёмся на один бок, прижмёмся как можно теснее друг к другу. Через каждые два часа нас будили на пробежку, а у нас волосы меж голов смёрзлись. Обуты мы были в простые ботинки, и однажды из-за задержки старшины, сменившего меня с поста с опозданием, я отморозил ноги. В землянках, куда нас позже переселили, поставили буржуйки, холод немного отступил.


pamyatnyy_podarok_3.jpg

2015 год. На 90-летний юбилей Владимиру Алексеевичу коллектив Нижегородского филиала РТРС подарил памятный подарок с его изображением и надписью «Юнга Северного флота...»  


Отравитель

Школа начала готовить боцманов, рулевых, радистов, мотористов, акустиков, сигнальщиков. Преподавательский состав был подобран из хороших специалистов, в том числе и царской закалки, что позволило за год обучить ребят всем премудростям будущих профессий. Владимир Порхачёв решил стать радистом. 

– Однажды наша смена заступила в караул. По возвращении нас встретила тишина в землянках – людей не было! В чём дело? Оказывается – массовое отравление. Выяснилось, что пищу отравил водовоз, бывший финский полковник, которого мы считали чуть ли не юродивым. Нам повезло – мы запаслись провиантом до этого ужасного преступления. Не все юнги выжили. И наша отправка на флот была задержана. В город Полярный я прибыл осенью 1943 года. Попал на службу наблюдения и связи Северного флота. Служил на острове Кильдин в Баренцевом море.


Юнга, ложись!

Перед юнгами стояла задача по контролю судов, проходящих из моря в Полярный. Поблизости дежурили тральщик и два корабля-охотника. Бомбили постоянно.

– Это было в первый день моей службы. Стою я на вахте, и вдруг – немецкие самолёты, да летят так низко-низко. Моторист кричит: «Юнга, ложись!». Я успел прыгнуть в воронку, и тут такое началось!

– В первый раз Вас спас Ваш добрый ангел? – поинтересовалась я у собеседника.

– Нет, это уже второй случай. В конце учёбы на Соловках пришёл приказ о создании отряда для радиосвязи с командованием флота в глубоком тылу противника. Отбирали отличников учёбы, в числе которых был и я. Так уж вышло, что вступить в отряд вызвался мой друг Саша Чаулин, лидер по натуре, к тому же бесстрашный человек. Но на месте высадки, как потом стало известно, ребят уже ждали немцы. Саша остался прикрывать своих товарищей и погиб. Во вражеский тыл мог полететь и я. Видно, не судьба.

– Но ведь Бог любит троицу?

– Был и третий случай. При освобождении в 1944 году норвежского города Пицам 300 матросам предстояло занять пирс и удерживать его до прихода рокоссовцев (войска маршала Рокоссовского. – Прим. редакции). В списках был и я, но вместо меня на задание отправился старшина, который во время этого боя получил тяжелейшее ранение.


kollegi_pozdravlyayut_v.jpg

2015 год. Бывшие коллеги поздравляют Владимира Порхачёва с юбилеем


Фашистские кресты

В 1944-м, понимая, что конец войны близок, фашисты будто озверели. Любыми путями старались сохранить преимущество. И вот однажды, находясь на службе вместе с акустиком, Порхачёв обнаружил подходящую к родному берегу подлодку.

– Сначала мы думали, что наша заблудилась, а тут всплыла лодка, разукрашенная свастикой. Я насчитал 17 крестов по бокам, что означало 17 побед. Сначала даже растерялся, подумав: «Сейчас высадятся на берег, а у нас только винтовки и один пулемёт». Подошедшие по нашему сигналу охотники дали залпы по подлодке. Увидев на поверхности расплывшееся пятно солярки и какие-то вещи, успокоились – затонула субмарина. Уже после войны в журнале «Юность» я прочёл о ней статью. Оказывается, её механик смог починить мотор, и, заделав пробоины, фашисты добрались до своих. 

В 1946 году Владимиру Алексеевичу за подготовку личного состава и хорошую службу было присвоено звание старшины 2-й статьи.


Горький? Нет, Выкса

После демобилизации в 1950 году Порхачёв поступил в Горьковский радиотехникум. Женился. 

Валентина Ивановна в то время заканчивала университет им. Лобачевского. Некоторое время работала в вузе преподавателем математики, а позже стала одним из первых программистов ЭВМ.

Владимир Алексеевич в январе 1955 года пришёл в Горьковский телецентр техником, где проработал до 1985 года. Вышел на пенсию в должности старшего инженера. За многолетний добросовестный труд и профессиональные заслуги был награждён значком «Почётный радист».

В семье Порхачёвых выросли три дочки – Валя, Таня, Маша. Первой в 1977 году в Выксу, на родину отца, приехала Валентина, окончившая с красным дипломом мединститут. Сегодня она – заведующая гинекологическим отделением ЦРБ. Через 12 лет в Тамболес перебрались и её родители. Мария, инженер водного транспорта, долгое время жила в Ярославле. К родным вынуждена была переехать в лихие 90-е. В 1997 году с семьёй воссоединилась и Татьяна, преподаватель теории музыки и фортепиано. 


С Владимиром Алексеевичем Порхачёвым я встречалась в 2014 году. Он ушёл из жизни 24 июня 2018-го. Память о нём осталась не только в сердцах его дочерей, но и тех немногих, кто до сих пор помнит своё взросление на знаменитых Соловках.

Татьяна Макракова. Фото с сайта Нижегородского филиала РТРС 

blog comments powered by Disqus