Возвращался с запада 3-й Белорусский фронт…

visibility
8 мая 1945 года Михаил Лукин встретил в Муроме, а впереди ещё была война с Японией

При встрече с каждым участником Великой Отечественной узнаёшь какие-то пусть мельчайшие, но поистине бесценные подробности – ведь рассказывают о них те, кто сам видел и пережил войну, их слово дорогого стоит, фронтовиков остаётся всё меньше.

Жалею, что не всё успела узнать о боевом пути своего отца. В памяти остались его воспоминания о том, как 7 ноября 1941 года с парада на Красной площади в Москве он, водитель «полуторки», как и тысячи других бойцов, сразу же отправился на фронт. Проезжая тогда по военным дорогам Подмосковья, солдаты видели сотни замерзающих, греющихся у костров ребятишек, у которых – ни родителей, ни куска хлеба (а зима 41-го, как рассказывал отец, была морозной, ветреной). Что тогда можно было сделать для детей, среди которых были и совсем крохотные? Бойцы отдавали им всё содержимое полученных пайков, снимали шарфы, перчатки – больше ничем помочь не могли… Впереди ждал фронт.

Только от очевидцев сражений можно узнать детали, из которых и состоит вся правда о Великой Отечественной, в том числе и безжалостная. И разговор с каждым из фронтовиков, как, например, с Михаилом Алексеевичем Лукиным, – тому подтверждение.

Юность довоенная

Встреча с ним, участником, инвалидом Великой Отечественной, состоялась у него дома в Шиморском. Годы преклонные, а память у ветерана ясная, его рассказ приковывал внимание фактами, раскрывающими подробности того, что называется словом «война».

Как и многие его сверстники, в конце 30-х, после окончания семилетки, поступил в ФЗУ-2 – то, что располагалось в районе Монастыря, где готовили кадры для ДРО. Осваивал профессию токаря, каждый день – практика на заводе, там же и начал трудиться во втором цехе в бригаде Курицына. Жил у брата на Красной площади, играл со сверстниками в футбол.

Помнит Михаил Алексеевич начало войны: об этом по радио передали сообщение, в небе стали появляться самолёты. В районе Шиморского копали рвы, в ДРО время от времени объявляли воздушную тревогу. Михаил, все заводчане работали, сколько потребуется, домой юноша только поспать приходил.

В армию призвали в 1942 году, три месяца отучился в военном училище под Ярославлем – и по тревоге утром отправили на фронт под Калугу, в пехоту.

Первый день на войне

Помнит ветеран, что попали на место дислокации ночью. На рассвете он, командир пулемётного расчёта, как и другие, услышал: «Сегодня наши войска получили приказ о наступлении, сигнал – зелёная ракета». Бойцы сидели, ждали, на всякий случай переписывали друг у друга адреса: украинские, узбекские, таджикские… Внезапно тишину разорвал вой вражеских самолётов, началась яростная бомбёжка. «Мы спрятались под могучей елью, – вспоминает Михаил Алексеевич. – Земля содрогалась, «мессеры» то и дело чуть ли не пикировали на нас, бомбы летели одна за другой. В бой ещё не вступили, а убитых, в том числе и тех, с которыми час назад обменивались адресами, не счесть. Думал, живым из этого пекла не выйду!» Наконец, сигнал к наступлению – зелёная ракета. Зенитчики сбили противно воющую «раму», пехота пошла в атаку…

В «котле» под Витебском

Таких дней, как тот первый, у солдата было много за долгие годы войны. Часть перебрасывали туда, где нужно было подкрепление, практически на передовую. Там часто Михаил отчётливо слышал разговоры немцев, иногда наши бойцы не выдерживали, давали автоматные очереди в сторону ненавистного врага. В одном из боёв юношу ранило в голову, попал в госпиталь. Потом воевал связистом на 3-м Белорусском фронте, командиром которого был легендарный генерал Черняховский. Выходил из окружения в «котле» Орша – Витебск, сражался в Пруссии, дошёл до Кенигсберга.

Эшелон идёт на восток  

В составе 3-го Белорусского Михаил отправился воевать с японцами. А Великая Отечественная ещё продолжалась. О её окончании услышал 8 мая в Муроме, где на пути следования остановился состав. Боец успел сбегать повидаться с родной сестрой, проживавшей в этом городе. Только в 1947 году вернулся в родные места, снова начал трудиться в ДРО. У Михаила Алексеевича – ордена Красной Звезды и Отечественной войны, медали «За взятие Кенигсберга», «За отвагу». И – память о войне, победу в которой наша страна одержала во имя будущего, ради жизни на земле.

Фото из семейного архива

blog comments powered by Disqus