В профессии хирурга главные качества – совесть и чувство долга

26 окт
2017
Посмотреть статьи за:
Елена Липатова
chat_bubble
Нет комментариев
local_offer
Рубрика:
Эксклюзив
Выпуск:
№ 41 (18154)
visibility
Всего: 581 просмотр
За месяц: 12 просмотров
Считает доктор Алексей Кульбака. Алексей Александрович уже 18 лет работает в Выксунской ЦРБ. Заведующий отделением плановой хирургии.

Окончил медицинскую академию в Астане, Казахстан. Сегодня он наш званый гость.

– Добрый день, Алексей Александрович, спасибо, что выбрали время в Вашем плотном графике. Итак, начнём.

Скажите, пожалуйста, когда Вы давали клятву Гиппократа, не хотелось ли Вам крикнуть: «Нет! Я передумал»?

– Ни разу в жизни не возникало такого желания! Никогда! Ни тогда, когда давал клятву, ни во время работы. Как бы трудно ни было, отрекаться не собирался и не собираюсь. 

– Сейчас у Вас есть опыт, свои методики. О чём Вы хотели бы предупредить новичков, пришедших в эту хотя и благородную, но трудную профессию?

– Трудно сказать… Наверно, прежде всего сказал бы, что в нашей профессии надо быть предельно честным и внимательным.

– А правда ли, что хирург должен быть холериком, потому что приходится моментально принимать решение, ведь бывает, что промедление смерти подобно? 

– Работа обязывает быть таким. Думать бывает и некогда. Мы должны быть готовы всегда к любой внештатной ситуации и быстро принимать решение. 

– А у Вас были такие ситуации, когда от Вас требовалось моментальное принятие решения? 

– Конечно. Однажды в моё дежурство поступил пациент с огнестрельным ранением грудной клетки. И во время операции встал вопрос об удалении одного лёгкого. Посоветовались с коллегами – удалили. Для раненого это был единственный шанс выжить.

– И что с ним? 

– Он выжил, к счастью. 

– Правда ли, что в операционной хирург может работать по 8-10 часов в сутки? 

– Пять-шесть часов в операционной – да, было, но не больше.

– А сколько операций делаете в сутки? 

– Учитывая то, что у нас отделение плановой хирургии, то две-три. 

– Про хирургов говорят, что они циники. С чем это связано или чем вызвано? 

– Скорее всего, это специфика работы. Чем выше стаж, тем чаще по-иному воспринимаешь ситуацию, которая складывается в процессе работы. Но это не во вред больному.

– А Вы можете во время операции отвлечься на какой-то момент и заговорить на бытовую тему? Ну, допустим, идёт какая-то шаблонная операция…

– Шаблонных операций не бывает. В каждой есть свои нюансы, каждая – уникальна. Одинаковых – просто нет! Понимаете, даже те, что в учебнике описаны, встречаются крайне редко. У каждого больного болезнь протекает по-своему. 

– А можно ли предусмотреть, как пойдёт операция?

– Как можно предусмотреть ход операции, когда мы в своей жизни не вольны в своих поступках и не можем подчас предугадать, «к чему ведёт нас рок событий»... 

– А правда ли, что главное желание хирурга – выспаться? 

– Бывает! (смеётся).

– А какие типичные ошибки случаются во время операции? 

– Их просто нет! Иначе можно подумать, будто они запрограммированы. Нет, такого нет и быть не может!

– Плюсы и минусы в Вашей работе? 

– Плюсы – удачно сделанная операция, человек избавился от страданий, которые ему приносила его болезнь. Пациент сказал спасибо – это уже награда за выполненную работу.

– Вас узнают на улице? 

– Да это не обязательно, чтобы тебя узнавали на улице. 

– А минусы? 

– То, что сам себе не принадлежишь. Ты на работе постоянно! Даже если ты прооперировал, проверил, ушёл домой, ты всё равно мысленно там, в отделении – думаешь, звонишь, беспокоишься. Даже если всё сделал правильно, всё равно душа не на месте! 

– Что мешает Вам жить, а что помогает? 

– Порой мешает жить высокая требовательность к себе, ответственность. 

– Но это же и хорошо! Для пациентов. У Вас эти чувства гипертрофированы?

– Не надо никакой гипертрофии, не надо делать из нас высших существ! Чувство долга и совесть – прежде всего!

– Какую оценку Вы поставите себе как специалисту? 

– Я не могу себя оценивать. Это делают коллеги, начальство, пациенты. Свои действия могу оценивать потом, ретроспективно. 

– Были ли у Вас переломные моменты? Не хотелось ли Вам бросить всю эту хирургию и податься куда-нибудь в другую сферу? 

– Да, были тяжёлые моменты из-за проблем с жильём, огорчался сильно. Но бросить всё не хотел. 

– Вы рекомендуете своим пациентам регулярные осмотры? 

– Конечно. Особенно тем, кого прооперировал. Им необходимо наблюдаться у профильных специалистов! Если человек после операции – должен какое-то время наблюдаться у хирурга, с гипертонией – у терапевта, если заболевания сердца – у кардиолога и т.д. и т.п. Хотя культура здоровья у нашего населения очень низкая. И кто-то выполняет предписания врача, а кто-то ждёт чего-то… 

– Может быть, человек боится потерять работу, если будет ходить на больничный? 

– Нет. У одних есть страх, вдруг что-то найдут… Другие полагаются на русское «авось». Есть и такие, кто перетерпит боль, отпустило вроде, а что боль может повториться – не думают.

– Правда ли, что когда чувствуешь себя хорошо, следует держаться от врачей подальше?

– Нет. Самочувствие и состояние здоровья – совершенно разные вещи! Надо обращаться к врачам периодически! Это истина. 

– Ваша первая операция? 

– Аппендэктомия при остром аппендиците во время специализации в Казахстане. Я детский хирург, а в районе, куда я приехал, нужны были специалисты во «взрослую» хирургию. Я прошёл курсы усовершенствования на базе той же медицинской академии в Астане. 

– Сформулируйте, пожалуйста, правила врача.

– Терпение. Требовательность. Умение применять свои знания – профессионализм. Честность. Надо быть честным перед пациентами, коллегами… 

– перед собой… 

– Да, перед собой, это само собой разумеется и даже не обсуждается. 

– Какое событие в своей жизни считаете самым важным? 

– Что пошёл в медики. Вовремя направили. 

– А кто это был? 

– Сестра отца. Она сказала: «Иди в медицину». 

– Она медик? 

– Кардиолог-ревматолог. Работает в железнодорожной больнице. Отличный доктор. Она для меня авторитетный человек. 

– Что Вы можете сказать про хирургию? Это профессия, или любовь к профессии? 

– Это образ жизни. Потому что и дома, и вне всегда приходится быстро и чётко решать проблемы. Любые.

– А Вы помните своего наставника в профессии? 

– Да. Это Юрий Николаевич Нейков, заведующий кафед-рой детских хирургических болезней. А ещё Шолкорбай Жолымбетович Ташетов, мой куратор по специализации, когда я учился на курсах повышения там же, в академии. Всегда в первые годы самостоятельной работы все, кто старше тебя лет на пять или больше, являются твоими учителями и наставниками. В Навашине были хорошие наставники. Здесь, в отделении, – Валерий Елисеев, Валерий Цепов, ныне покойный, и другие. У всех что-то перенимал, и это пригодилось в жизни. 

– У Вас в отделении успешно применяются новые методики. Лапароскопия, например.

– У нас все хирурги прошли курсы в Казани и владеют этим методом. При желчнокаменной болезни это одна из лучших методик. 

– Сейчас выросло число заболеваний вен на ногах. С чем это связано? С образом жизни? 

– Если раньше в год делали 15-20 операций на венах, то теперь – в два раза больше. Да,  это и образ жизни, и генетическая предрасположенность. 

– Как снимаете напряжение после работы? 

– Два раза в неделю ходим с сыном в бассейн. В выходные дни – рыбалка, охота, с семьёй в лес выезжаем. Правда, всей семьёй собраться вместе редко удаётся. 

– Ваше любимое выражение, стимулирующее Вас?

– Не плачь, потому что это закончилось. Улыбнись, потому что это было. Соломон оставил нам два мудрых совета: убегай от тоски и с глупцами не спорь!

Фото Ольги Поповой

Еще по теме: Эксклюзив